Нет в наличии!
Введите ваш email, чтобы получить уведомление о поступлении товара:


Уведомить Закрыть
Нет в наличии!
Введите ваш email, чтобы получить уведомление о поступлении товара:
Уведомить Закрыть

Вестник Свято-Филаретовского института. Выпуск 31

Вестник Свято-Филаретовского института. Выпуск 31 QR Code Издательство: Свято-Филаретовский институт, Москва
Вес: 0.3 кг
В наличии
300 руб.
Количество: Купить

Вестник Свято-Филаретовского института. Выпуск 31

Вестник Свято-Филаретовского института. Выпуск 31

Начиная с тридцатого номера, научный журнал СФИ выходит с новым названием «Вестник Свято-Филаретовского института».

В 31-й выпуск Вестника СФИ вошли статьи по экклезиологии, нравственному богословию и русской религиозной философии, материалы, посвященные проблемам диалога науки и теологии, а также обзоры, аннотации, рецензии.

 

СОДЕРЖАНИЕ:

31-й выпуск Вестника СФИ начинается разделом Экклезиология, который представлен двумя исследованиями. В статье греческого богослова Петроса Василиадиса сравниваются два типа православной экклезиологии: евхаристическая/литургическая, основанная на библейском понимании Церкви как народа Божьего, и терапевтическая/катарсическая, в которой Церковь изображается отдельно от исторически существующей церковной общины, как некая совершенная и вечная Идея. В статье Ольги Кузнецовой рассматривается вопрос о признаках и границах евхаристического собрания в работах протопресвитера Николая Афанасьева, а также развитие его идей в трудах протопресвитера Александра Шмемана и митрополита Иоанна (Зизиуласа).

Раздел Нравственное богословие начинается статьей Сергея Хоружего, в которой детально анализируется феномен антропологической катастрофы, имевшей место в России в XX веке. Протоиерей Джон Бэр в своей статье размышляет об актуальности в современной церкви такой традиционной христианской аскетической добродетели, как духовное рассуждение (discernment).

Раздел Наука и теология представлен несколькими материалами. В статье Давида Гзгяна рассматривается возможность конструктивного взаимодействия двух способов понимания человеческого предназначения: научного познания как прочтения книги природы, написанной Богом, с одной стороны, и эсхатологического восстановления единства Творца и твари через преображенное человечество во Христе Воскресшем – с другой. Темам вечности и времени в русском космизме, в первую очередь в трудах астрофизика Николая Козырева, посвящена статья Федора Козырева. В статье Галины Шпатаковской предложены возможные принципы диалога естествознания и христианского богословия, описан и проанализирован диалог физиков и богословов, более шести лет ведущийся в Свято-Филаретовском институте. Серию публикаций с наиболее интересными материалами семинара «Физика и богословие» открывает интервью с ректором СФИ священником Георгием Кочетковым.

Раздел Русская религиозная философия представлен исследованием Андрея Тесли, в котором дается характеристика политических воззрений Ивана Васильевича Киреевского, и статьей Дмитрия Гасака, представляющей результаты исследования принципов просвещения и образования, характерных, по мнению Алексея Степановича Хомякова и Ивана Васильевича Киреевского, для русской духовной традиции. 

Раздел Обзоры, аннотации, рецензии включает обзор конференции «Современная православная экклезиология: служение церкви и ее устройство», прошедшей в Москве и Подмосковье в мае 2019 г., и рецензии на две новые книги по истории церкви и религиозной философии.

Экклезиология

В статье сравниваются два типа православной экклезиологии. Первая – евхаристическая / литургическая – основывается на библейском (семитском) понимании Церкви как народа Божьего, собранного вокруг Христа и призванного возвещать грядущее Царство каждый раз, когда она собирается ἐπὶ τὸ αὐτό (в одном месте), и в особенности для совершения Евхаристии. 
Вторая экклезиология – терапевтическая/катарсическая – связана с Александрийской школой богословия и рассматривает Церковь не как образ эсхатона, а как образ начала всего сущего, образ творения. В этой экклезиологии Церковь представляется отдельно от исторически существующей церковной общины – как некая совершенная и вечная Идея, а основное внимание уделяется очищению души (катарсису), избавлению от страстей, а также исцелению (терапии) падшей человеческой природы. Духовность и миссия Церкви в рамках второй экклезиологии направлены не на синергическое и пророческое предвозвещение Царства Божьего, а на спасение души каждого отдельного христианина. По мнению автора, современной церкви нужно вернуться к пророческому характеру православия, а также к основополагающей библейской традиции. 
В статье рассматривается вопрос о признаках и границах евхаристического собрания в работах протопр. Николая Афанасьева, а также развитие его идей в трудах самых ярких последователей – протопр. Александра Шмемана и митр. Иоанна (Зизиуласа). Для Афанасьева понятие «евхаристического собрания» является центральным в построении его евхаристической экклезиологии, поэтому и решение вопроса об установлении признаков и границ этого собрания является для него ключевым. В данной работе предпринимается попытка сформулировать перечень критериев, по которым можно опознать евхаристическое собрание (все в одно место ради одного, отсутствие наблюдателей, царственно-священническое служение всех участников, дух единства и любви и т. п.). Кроме того, рассмотрение идей протопр. Александра Шмемана и митр. Иоанна (Зизиуласа) показывает, насколько по-разному они развивали идеи Афанасьева – если Шмеман сохранял преемственность основных положений о. Николая, то Зизиулас развивал свое богословие в несколько отличном и самостоятельном русле.

Нравственное богословие

В работе анализируется феномен антропологической катастрофы, которая совершилась в России в XX в., а также обсуждаются антропологические и социальные стратегии, возможные для человека и общества в период, непосредственно следующий за катастрофой. В центр рассмотрения ставится этический аспект катастрофы. Прослеживается процесс изменения этических установок в России, начиная с предреволюционного периода и по настоящий день. Установлено, что этот процесс носил характер серии резких смен этической модели, насильственно-нормативно диктуемых властью. Такие смены травмировали и дезориентировали нравственное сознание, постепенно лишая его чувствительности и увлекая к деградации. В качестве последних этапов процесса выделены постсоветские формации «анти-этики» 1990-х гг. и «а-этики», состояния атрофии этического сознания, – в наши дни. 
Проводится антропологический анализ состояния человека и общества после катастрофы. Выбирая за основу концепцию человека как Присутствия (она представлена, прежде всего, у Хайдеггера, а в русской философии у В. В. Бибихина), мы заключаем, что в пост-катастрофическом состоянии человек существует в ущербном модусе «расплющенного Присутствия». Примеры существования в таком модусе мы находим описанными или изображенными в современном искусстве – у Рильке, Клее, Хармса, в свидетельствах, создававшихся в концлагере. В этих примерах миссия самореализации, доступная человеку, характеризуется как особого рода экзистенциальная практика – «регистрация на краю», или «последняя регистрация», исполнители же этой миссии – «последние регистраторы». Наряду с прочими измерениями нормального присутствия, в модусе «расплющенного Присутствия» нет также и развитой этической модели, и в этом смысле, нет этики, но существует еще некоторый этос.
В своей статье, подготовленной на основе доклада на конференции “Discernimento e vita Cristiana” («Рассуждение и христианская жизнь»), проходившей в Бозе (Италия) в сентябре 2018 г., автор размышляет об актуальности такой традиционной христианской аскетической добродетели как духовное рассуждение (англ. discernment). Он утверждает, что практика рассуждения становится в современном мире не только христианской, но общечеловеческой ценностью, а научение ему – актуальной задачей для всех. Автор особенно останавливается на трех аспектах, следование которым, по его мнению, ведет к успешному научению духовному рассуждению: 1) осознание тесной связи христианина с Церковью, необходимость более глубокого вхождения в ее жизнь, понимание своего крещения как погружения в «смерть Христа», участия в евхаристии – как приобщении Его Страстям; 2) наличие эсхатологического сознания, которое становится мерилом рассуждения и задает ему верную оптику (то, каковы суть все вещи, открывается в эсхатологической перспективе); 3) возрастание в качество жизни Самого Бога, в свободу инициативы и готовности к ответу, научение через отпадения и возвращения.

Наука и теология

Восприятие мира как живого целостного единства – общая черта софиологических мотивов русской религиозной философии и широкого научно-философского движения, известного как русский космизм. В православном богословии остро стоит вопрос об онтологическом статусе указанного единства и источника живучести космоса. В контексте обсуждения этого вопроса космизм зачастую ассоциируется с религиозным имманентизмом. В первой части статьи анализируется обоснованность такого подхода. Устанавливаются параллели между софиологией и космизмом применительно к проблеме происхождения Вселенной, ее начала во времени и конца. Выдвигается тезис о сближении религиозной и научной картины мира на почве учения о всеединстве и организмической модели Вселенной. Дается общая характеристика идейного корпуса русского космизма. Во второй части рассматриваются различные концепции вечности в их соотнесении с идеей Творения. Особое внимание уделяется динамической составляющей времени/вечности, как она представлена в учении Л. П. Карсавина о всевременности и в причинной механике Н. А. Козырева. Обсуждаются космологические и богословские следствия физики времени Н. А. Козырева, в частности, представление о том, что активные свойства времени могут выступать механизмом осуществления синергийного взаимодействия Промысла и ноосферы.
Проблема диалога рассмотрена в контексте существующего напряжения между научным и богословским способами познания. Используемый подход основан на анализе имеющихся в литературе размышлений на эту тему самих ученых, в основном физиков. Проведенный анализ позволил выделить объективные и субъективные трудности на пути сближения позиций двух сторон и сформулировать пять принципов диалога: соблюдение границ компетенции, ясность и прозрачность терминологии, согласие о единстве истины, необходимость совместного обсуждения аксиологических и этических проблем. Пятый принцип предполагает стремление услышать и понять другую сторону. С точки зрения предложенных принципов описан и проанализирован реальный диалог физиков и богословов, ведущийся в Свято-Филаретовском институте уже более шести лет. Идеи, высказанные физиками (как агностиками, так и атеистами) и богословами, могут быть распределены по четырем тематическим группам: христианство, Бог и человек, познание, добро и зло. Выявившиеся в процессе встреч трудности в следовании всем пяти принципам показывают, что рассмотренный диалог находится в самой начальной фазе и его дальнейшее позитивное развитие требует усилий с обеих сторон.