Забвение – самое большое зло: на конференции «Русская равнина»

  • 02 февраля 2013 в 09:14:29
  • Отзывы :0
  • Просмотров: 606
  • 0
 


Во второй день конференции «Русская равнина» участники продолжили разговор о формах духовного сопротивления во времена гонений в XX веке.

На пленарном заседании Нина Попова, директор музея Анны Ахматовой в Фонтанном доме, заслуженный работник культуры России, рассказала о том, что Анна Ахматова сочла делом своей жизни избавление всех известных ей имен от забвения, которое она считала самым страшным злом. Начиная с имени Николая Гумилева и заканчивая всем тем кругом людей, которые что-то значили в ее жизни, и чьи имена были запрещены к упоминанию. Все эти люди составляют портрет той эпохи, которая безвозвратно ушла, но которую Ахматова в себе носила. Это действительно было серьезным усилием духовного сопротивления, поскольку и при жизни Анны Ахматовой эти имена оставались под запретом.

Духовная стойкость может быть присуща человеку с детства. Об этом напомнил участникам конференции Вячеслав Битюцкий, председатель правления Воронежской историко-просветительской организации «Мемориал» в своем докладе «Непосредственность как фактор духовного сопротивления тоталитаризму». Непосредственность помогала детям видеть жизнь в сталинские времена без розовых очков в ее ужасающих проявлениях и писать об этом письма в газеты и даже лично Сталину.

Марта Карлетти Дель’Аста, ответственный редактор журнала «Новая Европа» (Италия) рассказала о том, что знали на Западе о духовном сопротивлении в России, как католические иерархи, отдельные священники и миряне заботились о том, чтобы на Западе узнали о гонениях на христиан во времена советского богоборческого режима. По ее словам, сейчас на Западе увеличивается интерес к истории Русской православной церкви в ХХ веке, переводятся книги, рассказывающие об опыте духовного сопротивления, опыте новомучеников и исповедников веры.

После пленарного заседания конференция продолжила работу по трем секциям. На секции «"Бодался теленок с дубом": личность против тоталитарной системы» собрались специалисты из разных городов России, изучающие истории конкретных людей — священников и епископов, исповедников веры. Владимир Гладышев, председатель общества «Пермский краевед», член союза писателей России, рассказал про своего деда — сельского священника Стефана Гладышева, пережившего несколько арестов и ухитрявшегося до своего последнего ареста в 1937 году водить за нос органы ГПУ-НКВД: требование от власти доносить на односельчан попросту «вылетало у него из головы». Магистр богословия Анна Дмитренко поделилась новыми историческими находками о судьбе епископа-катехизатора Макария (Опоцкого), в самые жестокие годы советских репрессий создавшего несколько православных братств, члены которых и после его кончины продолжали жить по Евангелию.

На секции «Суверенность семьи как залог человеческого самостояния. Семья по духу» прозвучали доклады, в которых приводились многочисленные примеры духовного сопротивления не только отдельных людей, но семей и христианских общин. Большой интерес участников вызвал доклад Елизаветы Шик «Негромкое, но деятельное противостояние тоталитарной системе», посвященный жизни при сталинском режиме семьи её отца — священника Михаила Шика. Поддержка семьи, её сплоченность, единство перед лицом гонений и смерти, помогали верующим не только выживать, но и свидетельствовать о своей вере. Детей — а их было пять человек — воспитывали не для комфортной жизни в советском обществе (они не были ни пионерами, ни комсомольцами), а для христианской жизни в трудах и заботах о младших.

Магистр богословия Екатерина Степанова рассказала о духовном пути сщмч. Анатолия Жураковского и его духовной семьи-общины, которая не только сохранилась во время гонений, но и сохранила архив общины — переписку и проповеди о. Анатолия. Интересный факт из жизни сестер общины — они в годы тотального страха не боялись хранить у себя дома архив, и на стене квартиры, где они жили, открыто висела фотография их духовного отца.

Ведущий секции «Солидарность людей как фактор гражданской свободы» Владимир Лавренов, канд.ист.наук, член Государственного Геральдического Совета при Президенте РФ, директор филиала РГГУ в Твери, оценил работу секции «на отлично»: «Все выступления и доклады, которые были представлены, основывались на конкретных исторических источниках, на реальном опыте и реальных свидетельствах. Источник обладает удивительной способностью быть свидетелем той или иной эпохи, когда человек изучает её не по учебникам, а по фотографиям, по реальным следственным делам, судьбам, автобиографиям, записанным воспоминаниям. Важно, что на докладе Ольги Борисовой, посвященном Ташкентской епархии, присутствовал прот. Павел Адельгейм, который был реальным участником тех событий. Это очень важно – присутствие живого человека — свидетеля. Это придает остроту и достоверность событию. Хотелось бы всех поблагодарить за высокий научный, методический и методологический уровень. Видно, что тема каждого участника прошла через его сердце. А это есть некоторое свидетельство, которое будоражит и дает надежду».

Завершился первый день работы конференции музыкальным вечером.

 

Мы публикуем ответы некоторых участников конференции на вопрос изменилось ли их отношение к опыту духовного сопротивления во время конференции и попросили поделиться своими впечатлениями о ней.

 

Нина Брагинская, профессор Института восточных культур и античности и ведущий научный сотрудник Института высших гуманитарных исследований РГГУ, руководитель научно-учебного центра антиковедения ИВКА, д. ист. наук (Москва)

Мое отношение к духовному сопротивлению радикально не изменилось, я давно живу и раньше им тоже интересовалась. Но мне чрезвычайно интересно и важно было послушать, как это воспринимают разные люди. Не могу сказать, что всегда была со всем согласна. Но может быть дело просто в том, что каждый говорил о какой-то одной форме как единственной, а их много. Способность к сопротивлению не всегда опирается на личность и имеет характер самостояния. В частности, опыт старообрядцев показывает, каким мощным может быть сопротивление при опоре на сообщество и традицию, в которой ничего не следует менять. Но если человек традиции почему-то с ней порывает или из нее выпадает, то он оказывается дезориентирован, как были дезориентированы и стали добычей пропаганды выброшенные в город крестьяне. Опора на семью тоже прекрасная вещь, органичная. Это если семья замечательная. А на что опираться потомкам советских людей? У всех энкавэдэшников, карьеристов и доносчиков, которых мы знаем, тоже есть родственники и потомки. Но это не значит, что их дети должны быть коррупционерами, доносчиками, конформистами и предателями, потому что им не на что опереться. Поэтому духовное сопротивление не имеет одного рецепта. Человек может найти силу сопротивления в личном опыте и сделать личный выбор, связанный с верой и не связанный с верой, как Анатолий Марченко. Наконец, есть опыт неопытности как непосредственности, мы услышали тут и о таком. Т.е. опыт противостояния злу очень различен. Совершенно ясно, что человеку что-то должно быть дорого больше, чем он сам или его благополучие. Вот это можно считать общим знаменателем: почему-то что-то есть важнее, чем ты сам, и это дает опору.

 

Юрий Гераськин, профессор кафедры истории России Рязанского государственного университета им. С.А. Есенина, д. ист. наук (Рязань)

Пришло некое осмысление этого духовного феномена. Потому что не только ХХ век, но и наши дни рождают ситуации, в корне отличающиеся от хода нашей жизни. Они порой требуют от нас, конечно, не такого великого ответа, какой мы видели у великих подвижников, стояния в вере. Но требуют именно духовного противостояния злу, потому что зла в мире не меньше, оно множится, и «всяк человек — грех». И, кроме того, необходимо сопротивляться своим грехам. Конечно же, это духовное противостояние понимается нами не только в историческом контексте, но, как и духовная практика. Очень любопытно было послушать о критериях духовного противостояния, о социальных нишах, которые оно находило в истории России. Это довольно значимая тема, поскольку в наши дни она становится немодной, непопулярной, отходит на задний план. На ее место в лучшем случае приходит оздоровительная аскеза или некая отстраненность или отрешенность, которая сейчас рекомендуется некоторыми психологами и психоаналитиками. Они призывают дистанцироваться от проблем общества, от зла, просто его не видеть, не воспринимать и быть как бы вне его. Понятно, что это — ошибочная и нехристианская позиция. Любой христианин призван противостоять злу, даже заранее зная, что в конечном счете зло победит, и помня, что «взявший меч мечом и погибнет». Все это любопытно и интересно и заставляет лишний раз задуматься.

 

Нина Попова, директор Музея Анны Ахматовой в Фонтанном доме (Санкт-Петербург)

Мне очень понравился стиль общения на этой конференции. Он не насильственный и очень органичный, очень дружественный. Меня это радует и удивляет, это неожиданно — такая человеческая нота, которая звучит тут во всем. Мне кажется очень серьезным, глубоким и абсолютно необходимым уровень вопросов, которые здесь поставлены. Ракурс взгляда, возможность получить ответы на эти вопросы. Я слушаю и веду сама внутренний диалог, и понимаю, где мне больно, и почему мне важно это слышать. Я получила колоссальное духовное наслаждение и обретаю какую-то высоту. В каком-то личностном плане мне это помогает, может быть, и в профессиональном. Во всяком случае это то, с чем я уезжаю, и чем я готова поделиться с коллегами, потому что мне очень важно об этом рассказать. Для меня это очень важный опыт.

Фото Александра Волкова

Информационная служба Преображенского братства

Забвение – самое большое зло: на конференции «Русская равнина»

Powered by module Blog | Reviews | Gallery | FAQ ver.: 5.10.0 (Professional) (opencartadmin.com)