Интервью: Ректор Свято-Филаретовского института священник Георгий Кочетков об итогах 2007 года...

  • 31 декабря 2007 в 23:00:00
  • Отзывы :0
  • Просмотров: 823
  • 0
 

Портал-Credo.Ru: Отец Георгий, какие события религиозной жизни 2007 года Вы бы назвали наиболее значимыми?

Священник Георгий Кочетков: 2007 год был, конечно, богатым на события. Они были важными и церковно, и политически. Это 90-я годовщина переворота 1917 года - великого террора, и годовщины 1927 года - декларации митрополита Сергия, и 1937 года - пика репрессий. А для нашего братства еще и 10-летие, когда нас в 1997 году насильно вытеснили из храма Успения в Печатниках. Это все, конечно, важные вещи. Понятно, какое значение имеет 1917 год - это был год великого перелома.

- В 1917 году еще одно важнейшее событие произошло: Поместный Собор, восстановление патриаршества и избрание Патриарха Тихона...

- Конечно, это еще и Собор 1917 года. Это была целая цепь важнейших исторических событий. Да, Патриарх был избран, но Собор имел еще большее значение, чем избрание Патриарха. Хорошо то, что мы потихоньку начинаем вспоминать этот Собор и осмыслять его, хотя пока еще крайне недостаточно. Так же как крайне недостаточно мы оцениваем события революционные, социальные - и с точки зрения их причин, и их последствий, потому что не часто, к сожалению, говорится вся правда о них, не часто говорится о вине Церкви, допустившей революционные катаклизмы. Народ же оказался настолько невоцерковленным, что он легко поддался великому соблазну, который ему преподнесла история. Декларация 1927 года, конечно, оспариваемая, неоднозначная, была в большой степени вынужденной. С другой стороны, она - тяжело компромиссная. 1937 год - разгул, высшая точка того зла и мрака, который покрыл всю нашу землю и весь наш народ, все народы нашей страны.

Непосредственно в самом 2007 году важным событием стало объединение с Зарубежной Церковью. Это был акт веры. В какой-то степени тоже немного компромиссное, но все-таки положительное явление, поскольку люди проявили добрую волю. Во имя Христа они были готовы пренебречь некоторыми своими интересами. Особенно Зарубежная Церковь. Сохранив свою самостоятельность, она обрела канонический статус, что важно для нее. Я очень надеюсь, что это пойдет на пользу всей Церкви, всем православным христианам. Это будет неким уроком и для зарубежной, и для нашей части Церкви. Дай Бог, чтобы были сделаны адекватные выводы из всего происходившего в ХХ веке.

- Насколько значимым Вы оцениваете обращение епископа Диомида и последующие его обращения?

- Мне кажется, что события, связанные с епископом Диомидом, особого значения не имеют. Я не стал бы их обозначать как что-то особенное, потому что сама позиция епископа Диомида какая-то двойственная. Где-то он говорит прекрасные вещи, а где-то более чем спорные. Его легко упрекать, легко критиковать - это жаль, потому что если бы он был более укоренен в Писании и Святоотеческом предании, то его позиция была бы сильнее и его критика была бы конструктивнее и плодотворнее.

...Если вернуться к событиям, которые важны лично для меня и для тех, с кем мне приходится повседневно общаться, то необходимо еще отметить 20-летие нашего Свято-Филаретовского института, которое мы начали праздновать в конце 2007 года. Это очень важно для нас, потому что, к сожалению, люди часто не знают истории, того, что происходило. Даже пример нашего небольшого Свято-Филаретовского института может быть предметом вдохновения, потому что он показал, что с любым видом зла можно бороться, и бороться по-христиански. С одной стороны, мирно, с другой - непримиримо. Мирная, но непримиримая борьба со злом остается актуальной. А конкретные примеры всегда важны, даже когда не имеют мирового значения.

- На днях и Патриарх, и митрополит Климент сообщили, что достигнута договоренность с министерством образования и науки о введении "Основ православной культуры" в число обязательных предметов в средней школе. Как Вы это прокомментируете?

- Да, я читал материалы о том, что будут преподаваться основы духовно-нравственной культуры, и в том числе ОПК, в основном компоненте, т.е. не как факультатив, а как обязательный предмет. Я, вероятно, не знаю деталей, но мне кажется, что, с одной стороны, основы духовно-нравственного воспитания должны преподаваться в школе. В этом я абсолютно уверен. Но дальше встает вопрос: как именно это делать. Как преподавать основы православной культуры? Я не в восторге от предлагаемого учебника Бородиной. Там перемешаны сведения об основах культуры и истории с каким-то подобием Закона Божия. Это тоже многим нужно, но все должно называться своими именами. Я уже неоднократно выступал с этих позиций, что вольно или невольно вводится преподавание основ веры. Даже не веры, а религиозной жизни, тех или иных традиций - церковных, христианских, православных, с которыми, может быть, и полезно людям познакомиться, но только наряду, попутно с основами культуры. А вот самих основ культуры у нас как раз и не хватает. Не хватает самому духовенству, иногда даже епископату. Что уж говорить обо всех остальных, вернее, про большинство простых верующих. Кто это будет преподавать, как это будет - это очень сложный и серьезный момент.

- Отец Георгий, что Вы ждете от будущего 2008 года? Произойдет смена президента России, но произойдут ли какие-то изменения в религиозной политике государства в этой связи? Что станет со свободой совести в России?

- Я не ожидаю пока, скажу откровенно, никаких улучшений. Хотя, может быть, не будет и ухудшения. Так все и будет выезжать на компромиссах, где-то будет использован административный ресурс, а где-то будет место действительной духовой жизни и духовному подвигу. Все в нашей жизни есть. К сожалению, все это очень несобранно, непоследовательно. И место для произвола, иногда довольно тяжелого, всегда остается - иногда по отношению к неправославным, а иногда просто к каким-то неугодным людям. Увы, это хорошо знакомые нам сюжеты и они все чаще начинают напоминать уже бывшее. Это печально. Я не ожидаю больших изменений. Церковно-политическая линия выстроена, и она сохранится, в основном, такой же, как и сейчас. Но пока остается хоть какая-то открытость, хоть какая-то малая возможность силам добрым и настроенным действительно духовно, по-христиански, влиять, в конце концов, на то, что происходит, еще не все потеряно. Потому что всякий грех в Церкви не есть грех Церкви, а грех против Церкви. И мне хотелось бы, чтобы грехов против Церкви, совершаемых теми людьми, которые объявляют себя людьми Церкви, было меньше. Мне хотелось бы, чтобы люди в России могли увидеть подлинную глубину христианства, подлинную любовь, подлинную честность, порядочность, дружбу и их подлинные основания, если уж наша Церковь хочет играть существенную роль в духовой жизни общества, да и вообще в мире. Также и наша страна должна более щепетильно относится к себе, к собственным отступлениям, которые все еще, конечно же, немалочисленны. Ведь мы часто говорим одно, делаем другое, а думаем вообще третье. Осознание этого нам очень и очень пригодится.

- Продолжается конфликт между Церковью и учреждениями культуры. Я имею в виду ситуацию вокруг Рязанского кремля. Церковь требует передать ей этот кремль полностью. Насколько, с Вашей точки зрения, эти претензии Церкви обоснованы и насколько они нужны Церкви? Претензии на полное владение всем и вся?

- Вопрос, как известно, очень сложный, потому что, с одной стороны, во всех цивилизованных странах просто прошла реституция. Все было отдано сразу, однозначно, одним законодательным актом. У нас, к сожалению, реституции не было. Никто не чувствует себя ничьим наследником. Как это было в течение 70 лет, так и сейчас. В некотором смысле возвращение Церкви того места в обществе, которое она традиционно занимала, было бы естественно и нормально. Но ведь нехорошо, когда реституции нет, давать привилегии одной РПЦ МП, ведь какой-нибудь дворянин не может возвратить себе свою же разваливающуюся усадьбу, или ее готовы отдать ему лишь на каких-то умопомрачительных условиях. Никакого даже намека на справедливость нет.

Конечно, в жизни многое изменилось. Церковь должна проявлять мудрость. Может быть, не все брать, что ей отдают. Но ведь часто даже не дают, а она выколачивает это всеми средствами - не всегда разумными и хорошими. Хотя мне всегда больно, когда я вижу храм, в котором не церковь. Это остатки какого-то советского варварства.

Другое дело, что я большой любитель музеев и культуры и считаю, что ничто не должно делаться в ущерб этой культуре, музейному делу. Я считаю, что здесь Церковь должна была бы проявить большее к нему уважение, находя какие-то формы совместного владения и распоряжения церковным имуществом. Церковь обязательно должна быть к нему допущена, но она не всегда может обеспечить нормальное использование и хранение этого имущества. Где-то можно было бы и больше ей отдавать. Известно, что в фондах музеев есть огромное количество икон и других церковных предметов, которые никогда не выставляют. Надо было бы за счет этих фондов обогатить разграбленные храмы и монастыри.

- Тут есть еще одна проблема. В большинстве храмов, особенно на периферии, не только не могут обеспечить необходимого температурно-влажностного режима хранения и древних икон, и церковно-служебного инвентаря, но простой физической безопасности этих ценнейших сакральных предметов и одновременно памятников культуры. Ограбление провинциальных, да и не только, храмов стало заурядным уголовным преступлением, и реакция на это в обществе стала вялой. Ведь не приставишь к каждому храму на суточное дежурство по милиционеру?

- Тут и Церкви надо уделять этому аспекту большее внимание, и государство должно больше помогать. Очевидно, что культуре государство не уделяет необходимого внимания. Я думаю, что это, в первую очередь, проблема не Церкви. Конечно, и в Церкви не без проблем. Я даже знаю священников, скажем, в Ярославле, которые заменяли древние иконы на бумажные подделки или на современный новодел, а оригиналы продавали. И такое бывает.

- Такое случается даже в государственных музеях.

- Да, и в музеях, и где угодно! Сейчас за какой музей ни возьмутся - везде недостача. Сегодня я видел передачу по телевизору про библиотеку в Самаре, где пропало 250 или 260 древних фолиантов из отдела редких книг. Это все наследие советского "великого прошлого". Это мы нескоро поправим, пропажи, я надеюсь, найдем. Но боюсь, что редкое упоминание о духовных нуждах и культуре в речах власть имущих - это тоже не случайность. Притом, что страна сейчас не бедная, это меня весьма тревожит. Я ловлю каждое слово по этому поводу и очень редко могу что-то выловить.

Беседовал Владимир Ойвин,
"Портал-Credo.Ru"

Интервью: Ректор Свято-Филаретовского института священник Георгий Кочетков об итогах 2007 года...

Powered by module Blog | Reviews | Gallery | FAQ ver.: 5.10.0 (Professional) (opencartadmin.com)